 Сочинский прикуп
Терминология карточной игры, использованная Владимиром Путиным на встрече с журналистами в Кеннебанкпорте, вполне подходит и для оценки итогов соперничества за право проведения XXII зимней Олимпиады. Описывая состояние российско-американских отношений, президент заметил: "карты уже сданы, можно начинать игру, и хотелось бы, чтобы мы играли в одну и ту же игру". После чего, сел в самолет и отправился в Гватемалу, где тут же получил "сочинский прикуп".
Любой, даже незначительный и случайный, успех полезен и приятен сам по себе, как подтверждение удачливости и силы. Тем более важна победа, ставки в борьбе за которую были высоки, и потому трехдневный вояж президента России по Западному полушарию нельзя не признать успешным – результат, как говорится, налицо. Телевизионное ликование продолжалось до рассвета и весь следующий день, вытесняя неприятное послевкусие, оставшееся по результатам пребывания Путина в семейном поместье Бушей.
Накануне визита было предпринято немало попыток объяснить, зачем Путин едет к Бушу и что собираются или могут решить два уходящих президента. Некоторые комментаторы высокопарно заявляли, что лидеры двух великих держав встречаются вдали от мирской суеты, чтобы в спокойной обстановке задать вектор дальнейшего развития двухсторонних отношений и чуть ли не решить судьбу мира. Другие говорили об очередной "сверке часов" и обреченной на провал попытке вернуться к доверительному тону, заданному шесть лет назад во время первой встрече тет-а-тет в Словении.
Третьи восприняли дружескую рыбалку в имении Бушей как попытку Путина "отыграть назад" и отказаться от жесткой линии, заявленной в Мюнхене. Общий смысл этих рассуждений сводится к тому, что Россия обречена на сдачу позиций и уже сделала первые шаги в этом направлении, а в качестве ответного жеста США "помогли" обеспечить победу Сочи. В рамках этой, далеко не коплиментарной для России, версии серьезные предложения, озвученные Путиным в Кеннебанкпорте, выглядят как бессмысленные сотрясения воздуха, победа Сочи – как завуалированная взятка, а вся внешнеполитическая линия России – как наглый, ни на чем не основанный блеф.
Между тем, при ближайшем рассмотрении картина представляется более сложной, а ситуация – весьма серьезной. В последнее время Россия и США не могут договориться ни по одной из проблем: от НАТО, ПРО и ДОВСЕ до Косова и прав человека. На этом фоне разговоры о дружбе и сотрудничестве уже превратились в бессмысленную фигуре речи. Критики Путина прямо говорят о провале его дипломатии, начавшейся в 2001 г. "единением с Западом" и завершившейся обещанием нацелить российские ракеты на Европу.
Чтобы оценить, насколько адекватной является такая интерпретация событий, стоит напомнить, что практически все сегодняшние проблемы российско-американских отношений были вполне обозначены во время первой встречи двух президентов в Словении, 16 июня 2001 года. Той самой встречи, когда Буш "заглянул в глаза Путина и понял, что этому парню можно верить". Именно тогда президент России впервые поставил вопрос о распространении НАТО на Восток: "Мы не относимся к НАТО как к враждебной организации. Но, если это так, тогда мы же задаемся вопросом: это военная организация или нет? Военная. Нас там видеть не хотят? Не хотят. Она двигается к нашим границам? Двигается. Зачем? Вот что лежит в основе нашей позиции".
Аналогичным образом, в ответ на решение США приступить к созданию национальной ПРО российский президент отметил, что этот шаг разрушает существовавшую тридцать лет систему международной безопасности. И тут же, в порядке компромисса, предложил вместе заняться выработкой новой архитектуры этой самой безопасности. В ответ Буш твердил, что "Путину можно верить", и тут он, похоже, оказался прав. Потому что через три месяца приключилось 11 сентября, создание антитеррористической коалиции, присоединение к ней России и размещение американских баз в государствах Средней Азии.
Потом последовало вторжение в Афганистан и тот самый "разворот на Запад", призванный подтвердить европейский выбор России. Ответом стал новый бросок НАТО на Восток и блокада Калининграда. Следующие витки сюжета связаны с войной в Ираке, расколом Европы, серией "цветных" революций и началом формирования "санитарного кордона". Сегодня Россию пытаются загнать в гетто, окружая ее кольцом не только обходных трубопроводов и транспортных магистралей, но и базами НАТО и объектами американской ПРО. И все это на фоне идеологической информационной атаки.
На протяжении всех этих лет российский президент, подобно коту Леопольду из известного мультфильма, упорно твердит: "Давайте жить дружно". И всякий раз, подобно фокуснику, вынимающему из шляпы очередного зайца, имеет в запасе какие-нибудь новые "конструктивные предложения". Все это действительно похоже на блеф, но, имея на руках плохие карты, опытные игроки часто блефуют.
Ведь ни для кого не секрет, что Путин получил страну в весьма плачевном состоянии и что он вполне искренне хотел привести Россию в Европу. Но одновременно, как любой более-менее вменяемый политик, старался "не класть все яйца в одну корзину", выстраивал отношения в Азии, Африке и Латинской Америке. И в октябре 2003 г., стразу после оккупации Ирака, даже принял участие во встрече глав государств и правительств Организации Исламская конференция.
Одновременно Москва активно играла на рынке вооружений, тратила усилия на наведение порядок в армии и деньги – на ее перевооружение. Словом, не то снова блефовала, не то действительно готовилась к возможному противостоянию. Тут-то и разразился скандал вокруг американской ПРО в Восточной Европе. В начале июня, на саммите G8 в Хайлигендамме, Путин предложил Бушу совместное использование Габалинской РЛС в обмен на отказ от планов размещении элементов ПРО в Польше и Чехии. Буш отреагировал острым пищевым отравлением, а затем поступили разъяснения, что США не собираются отказываться от принятых решений.
Через месяц Путин приехал в гости к Бушу с расширенным пакетом предложений. На этот раз речь шла о совместном использовании не только Габалинской, но и новой РЛС, строящейся на юге России. Кроме того, Россия предложила сформировать единую систему противоракетной обороны с участием европейских стран, вести диалог в рамках Совета Россия–НАТО и создать центры обмена информацией в Москве и Брюсселе. Но все это в обмен на отказ от планов относительно Чехии и Польши. Буш назвал эти предложения новаторскими и стратегическими, но тут же добавил, что "Чехия и Польша должны быть интегрированной частью этой системы".
В ответ Путин предложил спокойно подумать, произнес известную фразу про карты, которые уже сданы, и игру, которая начинается, и улетел в Гватемалу, где сообщил журналистам, что вполне удовлетворен переговорами по СНВ и ждет ответа на свои предложения по ПРО. Т.е. каждый, пользуясь карточной терминологией, остался "при своих" – на том и расстались. Так стоит ли удивляться, что в первый день мало кто мог сказать что-то вразумительной относительно итогов этой встречи. О каких итогах может идти речь, если игра только началась?
Американские эксперты, совершенно справедливо полагающие, что габалинский радар расположен слишком близко к Ирану, предостерегают Буша от партнерства с Москвой, которая, по их мнению, непременно попытается взять единую систему ПРО под свой контроль. В Чехии тут же прошла информации о начале подготовки к строительству объектов ПРО в Пльзеньском районе, в 65 км от Праги. В Азербайджане для западных журналистов устроили экскурсию на Габалинскую РЛС. В Германии в полный голос заговорили о том, что, приняв предложения Москвы, можно выстроить систему защиты всей Европы, а в случае отказа Буш спровоцирует жесткую конфронтацию с Москвой.
Словом, пока в России праздновали победу Сочи, Европа погрузилась в мучительные раздумья. А чтобы эти размышления носили вполне конкретный характер, первый вице-премьер Сергей Иванов пояснил, что российское предложение интересно не только тем, что позволит выстроить единую ПРО и наладить обмен в области военных технологий. Интерес России состоит еще и в том, что это избавит ее от необходимости размещать свои ракеты в Калининградской области. Справедливости ради нужно отметить, что дополнительный аргумент в виде российских ракет, стоящих на боевом дежурстве на границе с Польшей, может возыметь и обратный эффект. Судя по соцопросам, еще вчера европейцы видели главную угрозу своей безопасности в деструктивных действиях США, но в случае приближения российских ракет ситуация может измениться.
Вместе с тем, сегодня даже американские эксперты указывают на то, что идеологический характер антагонизма между Москвой и Вашингтоном начинает влиять на расстановку сил на международной арене. Россия предлагает "жить дружно", выдвигает концепцию многополярного мира и суверенной демократии, и это нравится многим. А США проводят политику "экспорта демократии", о провале которой в Афганистане и Ираке сегодня не говорит только ленивый.
Т.е. общий расклад представляется достаточно сложным, да еще и при активной динамике, и потому сегодня столь трудно говорить о каких-то итогах последней встречи президентов России и Америки. Путин "сдал карты", т.е. фактически предъявил Бушу ультиматум, взял "сочинский прикуп" и вернулся домой заниматься делами. Его президентский срок закончится только через десять месяцев, да и Буш оставит свой пост не завтра, а через полтора года, и за это время еще наверняка произойдет много интересного.
|
О лихорадке
Еврейское 
Роналду -
Изобретено
Почему
Россиянок 
В Аргентине 
74-летняя
Ученые
Как умерла