 Кому мы платим за черную Фатиму?
От бедности, болезней, от криминала гибнет несравнимо больше людей, чем от рук террористов. Почему же мы столько говорим о терроре?
МЫ УЖЕ почти привыкли к террору. Новость об очередном взрыве держится день или неделю (в зависимости от числа жертв) и заслоняется другими «горячими новостями»: наводнением, эпидемией ящура, женитьбой принцессы, разводом поп-звезды.
Да, террор воспринимается как неизбежное зло. Но ему почти перестали удивляться, как не удивляются тому, что в Африке от голода и СПИДа ежегодно умирает 5 миллионов человек.
Умер Максим, ну и…
ВЗЯТЬ хотя бы нас, россиян. Мы возмущаемся взрывами в Чечне, США, Египте. Следим, как в детективе, за ходом расследования терактов в Лондоне… И почти «устали слушать» о том, что в России 50 тысяч наших соотечественников ежегодно гибнут от паленой водки. Реагируем, как в циничной присказке: «Умер Максим, ну и … с ним».
Мы негодуем, узнав, что американская приемная «мать» забила русскую девчушку. И стыдливо молчим о том, что наши матери от безысходности или от алкоголизма ежегодно убивают или подбрасывают к чужому порогу тысячи своих детей. Что в наших российских (а не в американских) детдомах ежегодно от террора взрослых страдают 40 тыс. детей…
Почему мы так же горько, как жертв теракта в Беслане, не оплакиваем русских детей, ставших инвалидами от жестокости собственных родителей, от хронического недоедания, от детского туберкулеза, косящего молодые жизни в сырых, нетопленых бараках, оставшихся нам со времен сталинизма? Сталина нет, а бараки стоят. Почему мы терпим это?
Игры власти
ПОЧЕМУ люди во всем мире позволяют вовлечь себя в эту «увлекательную» политическую игру — «найди террориста»? Страх? Боязнь стать жертвой? Безусловно. Но ведь от других напастей: болезней, криминала, катастроф — страдают на порядки больше людей…
У любой власти — будь то в США, Англии или в России — конечно же, есть свой резон в раскручивании «террористических» страхов. Ей, власти, проще указать на бен Ладена, на «международный терроризм» и громко крикнуть: да вот же он, ваш главный враг! — чем отвечать на крики о помощи собственного населения.
Российская власть не исключение. Чиновники охотно объясняют нам, почему евреи убивают арабов, а арабы — евреев. Им проще показывать нам «ужастики» из Шарм-эш-Шейха, чем объяснять, почему они не могут остановить бесстыдный рост цен на бензин, на жилье, искоренить беспризорность.
У высокопоставленного бюрократа свой резон. Ведь за дешевое жилье, за новые дороги, за то, что реже станут болеть дети и меньше пить мужики, быстрого ордена не получишь. Зато политики, генералы, прокуроры, министры, депутаты после каждого теракта, как пчелы, слетаются на «голубой огонек», чтобы хорошенько «похаттабить» нас и попутно выбить денег на новые фуражки или льготы за «непосильный» труд.
Нынешнему помету политиков и бюрократов, вышедших «из кармана» олигархов, наплевать на то, какая Россия достанется будущим поколениям. Нарождающейся бюрократической «аристократии» нужны быстрое освоение средств, «короткие деньги». А чтобы ухватить свою долю коррупционного пирога и успеть построить «домик в швейцарской деревне», нужно еще годик-другой продержаться на элитной палубе. Преувеличенное внимание к террористам (которые, кстати, как раз этого и добиваются) классно отвлекает население от накопленных обид и невыполненных обещаний. Когда в лондонском метро гремит взрыв, можно не говорить о прорыве фекалий на собственной улице…
Психоз вокруг террора «в кассу» и для тех консервативных сил, которые, спекулируя на страхах населения, убеждают нас в необходимости лелеять «силовиков» и мириться с тем, что уменьшают порцию демократической похлебки. Как это ни покажется парадоксальным, но террор выгоден и для либеральных критиков В. Путина, поскольку дает им повод обвинять власть в некомпетентности и даже в сговоре с террористами, как это делают беглые олигархи.
На терроризме неплохо наваривают и СМИ. Ведь «новости стоят дорого» — говорят телевизионщики. А новость об очередном теракте достается бесплатно и мгновенно выплескивается в «специальные выпуски новостей». Терроризм как одна из форм насилия стал для СМИ настоящим наркотиком. Но на эту иглу подсаживают и нас…
Поменьше «террористической» трескотни…
ТЕРРОРИЗМ все яснее осознается как «долгоиграющий» феномен XXI века. И пока еще рано демонстрировать нам «головокружение от успехов» в борьбе с ним. Что изменилось с убийством Хаттаба или Масхадова? Что изменится с поимкой Басаева? На место одноногого бандита придет двуногий, на место бен Ладена придет бен Ладен-2.
Сегодня террор имеет преимущественно исламский акцент. Но кто поручится, что, исчерпав этот идеологический ресурс, он не станет африканским, китайским или не выбросит какой-то другой идейный флаг. Как было, например, во времена террора «красных бригад» в Италии в 70-е годы.
Терроризм будет блуждать по миру так же, как в ходе всего ХХ века по Европе блуждал «призрак коммунизма». И так же оставлять за собой поля смерти и страха. На преодоление этой новой чумы уйдут не годы и, наверное, не десятилетия. И если это так, то нам и не следует ждать ни быстрых решений, ни чудесных панацей.
Сказанное вовсе не означает, что нужно смириться со злом и бездействовать, видя, как к нашему подъезду крадется «черная Фатима». Но, поддерживая усилия президента в борьбе с террором, общественность должна учиться отличать реальную борьбу с терроризмом от политиканского раскручивания этой борьбы. Как говорил классик: поменьше пышных фраз и политической трескотни, побольше простого, будничного дела, заботы о пуде хлеба и пуде угля.
|
О лихорадке
Еврейское 
Роналду -
Изобретено
Почему
Россиянок 
В Аргентине 
74-летняя
Ученые
Как умерла