Маленький гигант большого бокса
Чемпион мира по версии IBF Константин Цзю: "На ринге я похож на робота, в которого заложена правильная программа, полностью исключающая любые эмоции и страх"
В декабре прошлого года Константин Цзю вместе с семьей приезжал в Москву. Как он сам сказал, чтобы показать сыновьям Тимофею и Никите снег
(Фото: Андрей Замахин)
Профессиональный бокс - особый вид спорта, успех в котором неминуемо превращает спортсмена в суперзвезду. Приятно, что в списке самых популярных боксеров мира есть и наш соотечественник - 35-летний Константин Цзю. Каждый его выход на ринг - это шоу, собирающее десятки тысяч зрителей в зале и миллионы - у телеэкранов. Недавний поединок Цзю с Шармбой Митчеллом в Финиксе смотрели 200 миллионов человек. Когда бой закончился, Митчелл сокрушенно заметил: "Никто в жизни меня не бил так сильно". Эта победа позволила Цзю защитить свое звание чемпиона мира по версии IBF (Международная федерация бокса) в первом полусреднем весе. Костя остается также почетным чемпионом мира по версии WBC (Всемирный совет по боксу) и на днях подписал контракт на следующий бой - с британцем Рикки Хаттоном. Немногим боксерам, удачно начинавшим в любительском спорте, удалось реализовать себя в профессионалах. У Цзю получилось. О философии победителя, секретах мастерства и своем бизнесе Константин Цзю рассказал в интервью "Итогам".
- Константин, вы - чемпион, в Сиднее у вас собственная школа бокса, налаженный бизнес, большой дом, счастливая семья... Как вам этого удалось добиться?
- О таких людях, как я, в Австралии говорят self-made. Я сделал себя сам. Если бы не огромное желание пробиться и не упорная работа, ничего бы этого не было. Начинал я в Серове, где в девять лет пришел к тренеру Владимиру Черне. Тренировался у него до 21 года, а потом попал в Австралию. Я и до этого старался хорошо делать свою работу, но когда оказался в Сиднее, понял, что многое еще предстоит отшлифовать. Я по натуре перфекционист - не успокоюсь, пока не сделаю все на "отлично".
- А почему Австралия? Там вам предложили самый выгодный контракт?
- Не сказал бы. Получилось так, что последний любительский чемпионат мира, на котором я выступал, проходил как раз в Австралии. Было это в 1991 году, и я тогда победил. На тот момент у меня уже были предложения из Кореи, Испании, Италии, Америки, Японии. Некоторые из них были выгоднее с точки зрения денег, но австралийский вариант оказался для меня наиболее комфортным. Со временем ко мне переехали родители, мои дети родились в Австралии и растут у меня на глазах... Быть вместе с семьей для меня очень важно, а жизнь в Австралии такую возможность дает.
- И выступаете вы теперь под австралийским флагом?
- Формально - да, но это не имеет большого значения. В профессиональном боксе каждый выступает сам за себя. Это нормально. Под российским флагом мне просто не довелось выходить на ринг. Так получилось, что свою кровь я проливал за советский флаг, с этим связаны очень глубокие чувства. Как и с нашим гимном. Слава богу, вернулась эта музыка, под которую я воевал на любительском ринге. Это остается в тебе навсегда.
- Тяжело дался переход в профессионалы?
- Разница между боксом любительским и профессиональным огромная. Это как школа и университет - все другое. Профессиональный бокс - это не только выступления, но и шоу, большой бизнес и связанный с этим громадный прессинг. Такое впечатление, что ты становишься частью механизма... К этому не сразу привыкаешь, потому что в советском спорте, а теперь, как я вижу, и в российском главными были и остаются чиновники и тренеры. Спортсмены на втором месте. В профессиональном спорте все должно быть иначе. С первых же шагов. Например, на меня сегодня работает целая команда - в ней десять человек: два тренера, доктор, физиотерапевт, массажист, специалист по общефизической подготовке, два охранника, два менеджера... И в моей школе бокса я приучаю молодых спортсменов к мысли, что они должны быть в центре внимания и выступать за себя. Это прививает совершенно иное отношение к работе.
- И все же: можно нанять много тренеров, много менеджеров, но не в этом ведь секрет успеха...
- Мне удалось выработать правильную философию: научиться убеждать себя делать то, что необходимо, даже когда не хочется.
- Хорошо, а когда все цели достигнуты, все титулы завоеваны, что тогда заставляет вас работать через не хочу?
- Я бы больше не выступал, если бы не хотел совершенствоваться и далее. Эта уникальная работа очень увлекает. К примеру, мой консультант по ОФП, специалист по бодибилдингу, отказывается от своего гонорара и работает бесплатно. И не потому, что он мой друг и успешный бизнесмен. Просто вместе мы открываем абсолютно новое. Мы начали совместную работу после моей травмы плеча. Поменяли немного нагрузки, сделали их более осознанными. Теперь, скажем, я поднимаю штангу под несколько иным углом, больше плаваю - создаю себе щадящий режим и тем самым сохраняю организм.
- На профессиональном ринге вы провели тридцать три боя. Какие запомнились больше всего?
- Один из таких поединков - бой в Финиксе в 1999 году (Цзю встречался с мексиканцем Мигелем Анхелем Гонзалесом. - "Итоги"). Тогда пятнадцать тысяч пьяных мексиканцев болели против меня. Это трудно передать словами: гул и ажиотаж могли бы парализовать любого со слабыми нервами. После того как я в десятом раунде нокаутировал Гонзалеса, бой остановили (россиянин стал обладателем золотого пояса WBC, самой престижной организации профессионального бокса. - "Итоги"). Обычно после этого проходит награждение, произносятся речи и т. д. Но из-за настроения болельщиков это было невозможно. Меня поспешили вывести из зала под прикрытием двадцати охранников. Негодование мексиканцев было так велико, что на ринг и трибуны еще долго летели бутылки, люди все никак не могли справиться с сильнейшим стрессом. Мне же было хорошо. Я просто кайфовал. Ведь я выиграл у легенды профессионального бокса, и отблеск этой легенды теперь падал на меня.
Еще запомнился бой с американцем Джесси Джеймсом Лейхой в Мельбурне в 2003 году. Здесь, наоборот, 30 тысяч зрителей на стадионе "Телстра Доум" болели за меня, это было до слез приятно. (Бой продолжался шесть раундов, в конце концов после мощного удара в голову американец не смог продолжить борьбу. - "Итоги".)
- Вы как-то сказали: "Когда я выхожу на ринг, я как робот с правильно заложенной программой..." Что имели в виду?
- Это как пребывание в ином измерении. Словно внутри включается свет. Во время боя я не чувствую боли, нахожусь как будто в тоннеле. Я - в себе, что очень важно. Ничто не может меня отвлечь. И хотя я не вижу, что происходит справа и слева, но прекрасно все слышу и ориентируюсь в пространстве. Лариса Долина, с которой мы очень подружились (Долина неоднократно пела перед матчами Константина Цзю, песня Something Worth Fighting For в исполнении певицы стала личным гимном спортсмена. - "Итоги"), видела мое перевоплощение из человека открытого и общительного в машину, предназначенную для уничтожения.
- Кто выводит вас после боя из этого состояния?
- Не только после боя. За два месяца до назначенной встречи я уже другой. Как беременная женщина на девятом месяце: все чего-то хочется, все не то... У моей семьи сложилось правильное отношение к такому папе. Когда после боя меня все еще трясет, я все еще возбужден, жена обычно говорит: "Спокойно, дети, папа еще немного покричит сегодня, будьте к нему внимательнее". Потом я успокаиваюсь, шум больше не раздражает - словом, я прихожу в норму.
- Говорят, что за бой с Рикки Хаттоном вы получите около пяти миллионов долларов. Это рекордный гонорар как для вас, так и в целом для первого полусреднего веса...
- Дело не в деньгах. Если мне предложат десять миллионов, но соперник мне будет неинтересен, откажусь. Мне нужен такой бой, который поставил бы меня на новую ступень в спорте, помог бы получить признание всего мира. Ведь в спорте я всего достиг: я абсолютный чемпион мира, выиграл четыре звания, около пятнадцати раз защитил свой титул. Я был вторым в списке лучших боксеров всех категорий. Хотелось бы быть первым. Так что если новый бой поможет мне этого достичь... Мне важен моральный вызов. Что до Хаттона, то соперник это любопытный. Он провел на профессиональном ринге 38 боев и во всех одержал победы, причем 28 раз нокаутом.
- Вы очень популярны в Австралии. Не мешает ли вам это жить?
- Да нет, общение с болельщиками ни в России, ни в Австралии проблем не составляет. В Сиднее меня даже прозвали Неуловимый Джо за то, что умею незаметно исчезнуть. Пожалуй, охрана мне нужна только для того, чтобы оградить себя от нечистоплотных людей, желающих спекулировать на сувенирах с моими автографами. То, что мы называем "меморабилия", в России пока не развито. То есть здесь не будут, к примеру, за безумные деньги покупать на аукционе клюшку Игоря Ларионова. В Австралии ситуация иная. Скажем, боксерские перчатки, подписанные мной, на аукционе стоят от 300 до 1000 долларов. Перчатки, в которых я тренировался или хотя бы раз надевал, идут от тысячи до пяти тысяч. Перчатки, в которых выступал, - от 20 тысяч и более. Пока я только один раз отдал такие перчатки на благотворительный аукцион. Все остальные хранятся дома. Чтобы поклонники, покупающие такие сувениры за очень большие деньги на благотворительных аукционах, могли избежать подделок, мы выработали целую систему, что и как я должен подписывать. Часто федерация бокса определяет место, где я буду раздавать автографы, и мне совсем не улыбается, если мои автографы достанутся дельцам черного рынка.
- Чем вы собираетесь заняться по окончании выступлений?
- Скорее всего спортивным менеджментом. Двадцать шесть лет я создаю свое имя и теперь уже могу пожинать плоды. Впрочем, я могу позволить себе работать не ради денег, а ради персонального удовлетворения. Люблю общаться, убеждать людей... У меня много интересных проектов, в том числе и для России.
- Недавно вы были в Москве. Как вам на родине?
- Страна меняется: стало меньше грубости, меньше грязи вокруг, да и дороги стали лучше.
- Не могу не задать вопрос о вашем... имидже.
- Это вы о косичке? Началось мое "самоопределение" в 1988 году, когда 19-летним я вернулся с Олимпиады в Сеуле. Вдохновленный, окрыленный и готовый к переменам. Решил: "Я хочу быть другим не только внутренне, но и внешне". Время еще тогда не располагало к косичкам - причесочки у всех были одинаковые, и моя стала вызовом... Сейчас-то косичка моя застрахована, причем на большую сумму.
- Вашей жене понравилось ваше желание выделиться?
- По тем временам я производил неотразимое впечатление. Приезжаю в Серов в звании чемпиона мира с машиной и квартирой в придачу, сорю деньгами... Мог, например, запросто две папины зарплаты выложить на такси, чтобы доехать из аэропорта в Свердловске до дома на три часа быстрее, чем на автобусе. Короче, завидный жених. Мне сложно было найти человека, который полюбил бы меня, а не то, что вокруг меня. Ухаживал я долго - больше месяца прошло, прежде чем первый раз поцеловал свою будущую жену. Водил ее и подружек по ресторанам, но в один прекрасный вечер сказал: "Хватит! Мой телефон ты знаешь". На следующий день она позвонила, и у нас начался новый период в отношениях.
- Семейная жизнь складывалась гладко?
- Поначалу я бывал в Серове наездами на неделю и возвращался в Австралию на месяц. Опыта совместного хозяйства не было никакого. Наконец приехали в Сидней. Ей было 19, мне - 22. Казалось, я к тому времени знал в жизни все - более 30 стран мира объездил... Но на новом месте было тяжело. Языка тогда мы не знали, родители далеко, спросить совета не у кого. Это сейчас о тех трудностях вспоминаем с улыбкой.
- У вас трое детей, они говорят по-русски?
- Дома мы общаемся только по-русски. К тому же помимо обычной школы они ходят еще в воскресную, где преподавание ведется на русском. Мне важно, чтобы мои дети грамотно читали и писали на родном языке. Но их жизнь связана с Австралией. Сыновья играют в футбол, дочка мечтает о балете, но пока только фотографируется в пачке.
- За нашими литературными или кинематографическими новинками следить успеваете?
- У меня большая библиотека и видеотека, которые постоянно пополняются. Все новое, что только появляется на рынке, мы сразу заказываем себе в Сидней. Читаю я сейчас, правда, больше профессиональные журналы по боксу, но всегда рад хорошей исторической книге. Проглотил огромное их количество, когда о нашей новейшей истории стало можно прочитать в новой интерпретации.
- А история Кости Цзю еще не вдохновила кого-нибудь из кинематографистов?
- Два документальных фильма обо мне уже сняли. Может, дойдет и до художественного. Мы очень близко познакомились с Расселом Кроу... Как знать, вдруг получится что-то с ним? А может, и в России. Не буду загадывать. Пока сам работаю над второй книгой. Вместе с ней планирую выпустить и DVD, как и к первой книге. Моя задача - дать мотивацию человеку, который каждый день ходит на работу, ничем таким вроде не загорается и как-то даже не задумывается, зачем ему надо тренироваться. А я хочу сказать ему: "Ты можешь сделать то же, что и я, и изменить свою жизнь". Важно этого хотеть.
- Неужто одного желания достаточно?
- В России говорят: каждый - кузнец своего счастья. В Австралии: you are making your luck. Но суть остается одна. Если ты к чему-то стремишься, это в тебе заложено и ты готов работать до изнеможения, удача обязательно улыбнется.
|
О лихорадке
Еврейское 
Роналду -
Изобретено
Почему
Россиянок 
В Аргентине 
74-летняя
Ученые
Как умерла