 Уроки свободы и сломленного духа - спустя полвека после Пражской весны
50 лет назад, 21 августа 1968 года, вторжение в Чехословакию под руководством Советского Союза "убило мечты реформаторов, сокрушило дух народа и ознаменовало собой эпоху репрессий, чьи последствия ощущаются по сей день", пишет западная пресса. Поляризация, беззаконие и коррупция, сопутствовавшие переменам в Восточной Европе, оставили после себя недоверие и способствовали приходу во власть популистов-ксенофобов. "Лето 1968 года может стать геополитической игрушкой - и это еще один печальный знак его актуальности".
Об "уроках свободы - и сломленного духа" 50 лет спустя после Пражской весны размышляет The New York Times.
"Можно ли было согласовать коммунизм в советском духе с достоинством и свободой личности?" - задается вопросом корреспондент Марк Сантора.
21 августа, 50 лет назад, вторжение в Чехословакию под руководством Советского Союза убило мечты реформаторов, сокрушило дух народа и ознаменовало собой эпоху репрессий, чьи последствия ощущаются по сей день, пишет автор.
"Для страны это был определяющий момент, потому что после огромного подъема надежд народа и взрыва творческой энергии страна была сокрушена, - говорит Йиржи Пеге, бывший политический советник Вацлава Гавела, первого президента посткоммунистической Чехословакии. - Это действительно сломило хребет нации".
До сих пор не ясно, сколько людей погибло во время вторжения: оценки варьируются от 80 до нескольких сотен. Но в последующие месяцы десятки людей были арестованы и тысячи отправили на "перевоспитание", говорится в статье.
Йиржина Сиклова, социолог из Праги, которая была членом Компартии до вторжения, говорит, что в 1960-х годах часто выезжала за границу и общалась со студентами, считавшими социалистическую систему лекарством от болезней их собственного общества.
"После вторжения я ни разу не встретила никого, кто бы защищал ее, даже среди советских граждан, - говорит она. - Пятьдесят лет спустя мы все еще не нашли альтернативы для борьбы с проблемами западного мира, и поэтому многие люди обращаются к экстремистам".
"События, которые разыгрались 50 лет назад в Праге, служат напоминанием о хрупкости систем, созданных для защиты от войны и тирании", - пишет автор статьи, упоминая о современных разногласиях в Европе и сомнениях в целесообразности НАТО, посеянных политикой Трампа.
"Подавление Пражской весны до сих пор сказывается на всей Европе" - утверждает швейцарское издание Neue Zürcher Zeitung.
"Жестокое окончание чехословацкого эксперимента с реформами похоронило и надежду на плавные перемены в Восточном блоке. Разрушенное доверие не до конца восстановлено по сей день, и это имеет последствия для всей Европы", - считает журналист Иво Мийнссен.
За "возвращение в Европу" государства-сателлиты Москвы из Центральной и Восточной Европы заплатили высокую цену. "Поляризация, беззаконие и коррупция, сопутствовавшие переменам, оставили после себя большое недоверие. Его можно легко использовать в корыстных целях. (...) Чувство неполноценности и неприязни к могущественным "старым" странам ЕС подкрепляет и скептическое отношение к союзу", - говорится в статье.
После 1989 года проработка прошлого осуществлялась выборочно, зачастую поверхностно и имела политическую направленность, продолжает журналист.
Союзниками премьер-министра Чехии Андрея Бабиша являются сегодня пророссийски настроенный президент Милош Земан и Коммунистическая партия. "Такая расстановка сил препятствует достойной памяти о трагедии 50-летней давности (...) Есть опасность, что лето 1968 года может стать геополитической игрушкой - и это еще один печальный знак его актуальности", - констатирует Мийнссен.
Испанская El Mundo размышляет о "вёснах, разрушенных Москвой", проводя параллели между событиями 1968 и 2014 годов.
"Сегодня Чехия вспоминает, как Москва в последний раз вела себя на манер строгого старшего брата. Это было ровно 50 лет назад, после так называемой Пражской весны: опасаясь, что курс чешского лидера Дубчека на политическую открытость станет опасен для политического сдерживания советского блока, несколько стран Варшавского договора вторглись в Чехословакию. Они применили "доктрину Брежнева", которая предписывала не допускать, чтобы какая-либо из стран социалистического блока двигалась к позициям, способным дестабилизировать остальные страны", - говорится в статье.
Издание утверждает: "Это понятие ограниченного суверенитета - то же самое, которое послужило России для оправдания оккупации Украины и аннексии Крыма в 2014 году или для предостережения в этом месяце в адрес Грузии насчет "опасности", которую будут представлять ее попытки вступить в НАТО".
"Совсем как на Украине, чехи и словаки предлагали делать то, что напрямую не подрывало военное господство Москвы. Если в 2014 году (на Украине. - Прим. ред.) стремились к связям с ЕС, то в 1968-м - к основным правам: свободе прессы, легализации других партий и праву на забастовки. Тогда оккупанты тоже приводили множество оснований. Официально это было военное вмешательство в защиту социализма и классовых позиций. Как-никак, в Чехословакии не было "русского населения", которое можно было бы защитить", - говорится в статье.
"Совсем как вторжение на Украину четыре года назад, тот шаг широко осуждался во всем мире, хотя ни одна страна не вмешалась в защиту гонимого государства. События в Праге вызвали раздоры между коммунистическими режимами Восточной Европы и во всем тогдашнем левом движении в Европе", - отмечает издание.
Как пишет автор, сегодня "улыбка открытых либеральных социумов, которые берут верх над догматизмом и страхом, потеряла несколько зубов: в США - с приходом Трампа, в Великобритании - с "Брекзитом", в Италии, Венгрии и Польши - с приходом во власть популистов-ксенофобов. И в кипучей демократической Чехии тоже: на октябрьских выборах объявилась ультраправая партия, сочувствующая позициям Кремля. Вдобавок президент Чехии Земан, похоже, уютнее себя чувствует при общении с Москвой, чем с Брюсселем. Коммунисты тоже вернулись: они не состоят в правительственной коалиции официально, но сделались незаменимым партнером (...)".
|
О лихорадке
Еврейское 
Роналду -
Изобретено
Почему
Россиянок 
В Аргентине 
74-летняя
Ученые
Как умерла